?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: литература

Как только не называют Марину Цветаеву: «Женщина-поэт, не выносившая слова «поэтесса». Неловкая девочка Муся, мечтавшая сжечь родительский дом. Египетский мальчик с душой цыгана, навсегда оставшийся семилетним. Девица, полюбившая черта. Аполитичная особа, завербованная НКВД. Гордая муза русской Сапфо. Мать-кукушка, холодно относившаяся к дочерям и рабски любившая сына. Беспринципная лицемерка, лепившая из своей жизни красивую литературу. Верующая безбожница. Саламандра и Ундина, любившая вампиров и мертвецов. Эмигрант, и космополит. Несостоявшаяся посудомойка Литфонда, умиравшая от голода. Прощеная церковью самоубийца» и т.п.

Сложная судьба… и в эпилоге – петля на шее, которая начала затягиваться еще задолго до приезда в Елабугу, и даже не в Москву. И даже задолго до возвращения в СССР в 1939 г. Как затягивалась эта петля – история длинная, однако, надо заметить, сама М.Ц. покорно, даже садомазохистски принимала в этом процессе самое активное участие, вольно или невольно приближая свой конец.

Итак, трезво взглянем на жизнь Марины Цветаевой (М.Ц.). Она родилась 26 сентября/8 октября 1892 г. в Москве в семье уважаемых, достойных и обеспеченных граждан. Детские годы Цветаевой прошли в Москве, в имении в калужской Тарусе, в различных заграницах, где она, так сказать, «училась понемногу, где-нибудь и как-нибудь», т.е. в разных частных учебных заведениях, в результате так никакого образования не получив. Марина, судя по воспоминаниям мемуаристов, была непростым ребенком: то упряма, резка и горда, то застенчива и замкнута; быстро влюблялась и также быстро разлюбляла. Будучи от природы книжной, наивно-романтической особой, воспитанной в старомодном стиле профессорской семьи, сначала увлекалась народовольцами и революционерами 1905 г., затем культом Бонапарта, соответствующей литературой невысокой пробы и дешевой красивости, и наконец классикой. Сытое и беззаботное отрочество наложило определенный отпечаток на характер М.Ц. и ее выбор – чем еще можно было заняться, чтобы не умереть от уютной и беззаботной тоски – это конечно, стихи(!), которые она начинает писать очень рано, в 1902 г. А в 1910 г., «еще не сняв формы гимназистки», издает «Вечерний альбом» - сборник еще совсем незрелых стихов. После смерти отца в 1913 она выходит замуж за Сергея Эфрона, мальчика с большими зелеными глазами (см. фото). Годы детства и отрочества М.Ц. можно охарактеризовать кратко, как рефлектирующую неврастению.

svet_efron1 {C}{C}
«Как молоды мы были, как искренне любили» (М.Цветаева и С.Эфрон перед свадьбой). Фото 1911 г.

Однако начинается Первая мировая война. Муж, непонятно из каких соображений (хотя есть молодая жена, недавно родившаяся дочь Ариадна и т.д.), становится добровольцем, затем оканчивает юнкерские курсы, получает чин прапорщика, периодически бывает на фронте. Тем не менее, во время Мировой войны, несмотря на замужество,  Марина ведет бесшабашно-богемный образ жизни бывает на «тусовках» в Коктебеле у М. Волошина; у нее было даже несколько увлекательных романов (с О.Мандельштамом и др. поэтическими мальчиками, а также с поэтессой Софией Парнок). С Парнок она познакомилась в 1914 г. и их романтическо-лесбийские отношения продолжались до 1916 г., поле чего они рассорились и расстались. Говорят, после разрыва с ней М.Ц. вернулась к мужу… Отношения с Парнок М.Ц. охарактеризовала как «первую катастрофу в своей жизни».

Октябрьскую революцию М.Ц. не поняла и не приняла, в ней она видела только восстание «сатанинских сил» и «быдла и черни». С ней произошло поистине роковое недоразумение: по всему казалось, что ей по пути с Блоком, Маяковским, Есениным и др. ведущими поэтами России. Но, если они, воодушевленные социальными потрясениями невиданного масштаба, испытали высокий творческий подъем, то М.Ц. – замкнулась и ушла в себя.

В апреле 1917 г. Цветаева родила 2-ю дочь Ирину. После революции С. Эфрон (несмотря на рождение второй дочери), сын народовольца Якова Эфрона, который всю жизнь боролся с Российской Империей и царизмом, пошел служить в ряды Белой армии. Однако М.Ц. продолжает все это время жить в Москве. В эти годы появился цикл стихов «Лебединый стан», проникнутый сочувствием к белому движению, который фактически сделал её контрреволюционным поэтом. Советская власть, «великодушно» не замечая этой фронды, тем не менее, выделяла М.Ц. скудный паек и даже печатала в Гослите ее книжки… (Заметим, что в литературном мире Советской России, впрочем, как и в эмиграции, М.Ц. все время держалась особняком).

Послереволюционные годы и годы Гражданской войны оказались для Цветаевой очень тяжелыми. Трудно сказать на какие средства жила М.Ц. в те времена и как вообще выжила. По некоторым сведениям она всего лишь полгода официально проработала Наркомнаце, потом подвязалась на литературном поприще, не приносившем дохода. В итоге дочь Ирина оказывается в приюте (Кунцево) и умирает там от голода в 1920 г. в возрасте 3-х лет.

Наконец, Гражданская война заканчивается, С. Эфрон в 1920 г. с войсками Врангеля эвакуируется в Константинополь, а оттуда в 1921 г. эмигрирует в Чехословакию, где становится студентом Пражского университета. В 1922 г. М.Ц., тогда уже известная в узких кругах поэтесса, узнав об этом, получив разрешение от соответствующих органов, быстренько собирается и выезжает из СССР в Чехословакию, где в очередной раз встречается со своим ветреным мужем, совершая, по-видимому, одну из главных ошибок своей жизни. (Здесь заметим, что другие сестры М.Ц. сделали, все-таки, не взирая ни на что, приличную карьеру в СССР: Валерия Цветаева (1883-1966) – искусствовед и педагог, Анастасия Цветаева (1894-1993) – писательница).
В эмиграции 20-х гг. семья М.Ц. жила бедно, ее публиковали от случая к случаю ( в бульварных эмигрантских изданиях), сбережений у семьи также не было. Вскоре они переезжают в Париж, где Эфрон долго болеет и нигде не работает. Но где-то в 30-х гг. положение семьи неожиданно резко улучшается, они снимают квартиру в Ванве на окраине Парижа. Оказалось, что С. Эфрон устроился в некий «Союз Возвращения на Родину» и с 1931 г стал секретным сотрудником НКВД. Скандал с убийством матерого чекиста и невозвращенца И. Рейсса в Швейцарии осенью 1937 г., к которому так или иначе был причастен Эфрон, оказался для нее второй катастрофой.


рис.2
Полная идиллия: М.Цветаева, ее муж С.Эфрон (слева сзади) и К.Родзевич, новый «пылкий» любовник (справа сзади). Окрестности Праги, фото 1923 г.

рис. 4
Так и хочется сказать: умудренная жизнью поэтесса(?), фото 1928 г.

В эмиграции 20-х гг. семья М.Ц. жила бедно, ее публиковали от случая к случаю ( в бульварных эмигрантских изданиях), сбережений у семьи также не было. Вскоре они переезжают в Париж, где Эфрон долго болеет и нигде не работает. Но где-то в 30-х гг. положение семьи неожиданно резко улучшается, они снимают квартиру в Ванве на окраине Парижа. Оказалось, что С. Эфрон устроился в некий «Союз Возвращения на Родину» и с 1931 г стал секретным сотрудником НКВД. Скандал с убийством матерого чекиста и невозвращенца И. Рейсса в Швейцарии осенью 1937 г., к которому так или иначе был причастен Эфрон, оказался для нее второй катастрофой.

В октябре Эфрон бежал в СССР и вскоре оказался в Ленинграде (за ним в СССР в 1937 г. уехала Ариадна). Цветаева или ничего не знает, или делает вид, что ничего не знает. Её вызывают на допрос во французскую полицию, там она ведет себя не вполне адекватно, невпопад отвечает на вопросы, не к месту читает свои французские переводы… Следователи отпустили «эту полоумную русскую».

После бегства Эфрона из Парижа от М.Ц. отвернулись практически все: с ней перестали общаться, ее не печатали, жить было решительно не на что. Ей казалось, что выбора – нет: придется ехать к мужу. Но она, скорее всего, понимала, что писать в СССР совсем не сможет, но «если я не смогу писать – умру». Перед самым отъездом из Парижа, пришла новость об оккупации Германией Чехословакии.

В июне 1939 г. М.Ц. вместе с 14-летним сыном Георгием возвращается из эмиграции. На родине ее встретили совсем подозрительно: одновременно как жену бывшего белогвардейского офицера и провалившегося советского агента. Большинство прежних московских знакомых, уже давно её забывших, не испытывало никакого желания с ней общаться. Последние сочувствующие отшатнулись в 1939 г. после арестов дочки и мужа. Кроме того, она поселилась с семьей на даче в Болшеве, в доме, принадлежавшем НКВД. М.Ц. уже практически не пишет стихов: в 1940-41 гг. их появилось лишь одиннадцать.
Дочь М.Ц., Ариадну арестовали 27 августа 1939 г. и принуждали на следствии дать показания на отца, причем было известно, что задание группе, в которую входил Эфрон, давал непосредственно начальник иностранного отдела НКВД С.М. Шпигельглас, зам. самого Ежова. Она некоторое время держалась, но когда следователи «докопались» до того, что она не только знала о деятельности отца, но и принимала в операциях некторое участие, Ариадна начала давать показания. И вот в протоколе появляется роковая фраза: «Не желая ничего скрывать от следствия, я должна сообщить, что мой отец является агентом французской разведки».


С.Эфрон был арестован 10 октября 1939 г. следственной частью НКГБ СССР как французский шпион. Судим и осужден Военной коллегией Верховного Суда СССР 6 августа 1941 г. по ст. 58-1-а УК к высшей мере наказания с конфискацией имущества. В последнем слове на суде Военной коллегии С. Эфрон сказал: «Я не был шпионом. Я был честным агентом советской разведки». Расстрелян 16 октября 1941 г.

рис. 3
Вот во что превратился "милый мальчик", с которым М. Цветаева познакомилась в Коктебеле в 1913 г.; тюремное фото 1941 г.


8 августа 1941 г. М.Ц. вместе с сыном уехала в эвакуацию – в г. Елабугу, к месту своего последнего пристанища. Существует несколько версий ее самоубийства. Одно из самых распространенных – мол, не выдержала СССР. Однако М.Ц. жила же (и писала!) в послереволюционной Москве, несмотря на голод, холод и разруху, на постоянные разлуки с мужем, несмотря на смерть младшей дочери и на страх потерять старшую, и отнюдь не в тепличных условиях в эмиграции…

Вот некоторые из них:
1. Проблемы с сыном. Первой об этом поведала ее сестра – Анастасия Цветаева, которая считает виновным в смерти сестры ее сына – Г.Эфрона. Сын, скорее всего, все понимал и не одобрял действий материи – был не согласен с переездом в СССР, а затем из Москвы в Елабугу. «Вы похожи на страшную больную деревенскую старуху!» – как-то скажет он ей в запале. Этот разлад привел к тому, что сын даже не пришел взглянуть на самоубившуюся мать... Все предсмертные записке ему или о нем.
 2. Сотрудничество с НКВД. Эта версия заключается в том, что М.Ц., как реэмигрантке, отщепенке и жене шпиона, местные чекисты могли предложить сотрудничество и доносительство на сборище местного литературного бомонда.

3. Душевная болезнь. Многие подозревали, что она была психически нездорова, и не только в момент, близкий к моменту своей гибели. И она сама понимала это, что видно из предсмертной записки к сыну: «Мурлыга! Прости меня, но дальше было бы хуже. Я тяжело больна, это уже не я. Люблю тебя безумно. Пойми, что я больше не могла жить. Передай папе и Але - если увидишь - что любила их до последней минуты и объясни, что попала в тупик» (покоробила кличка-имя сына - «Мурлыга» в предсмертной записке…).

Но все эти версии, так или иначе, ведут к её мужу, С. Эфрону, бывшему белогвардейскому офицеру, завербованному в эмиграции органами НКВД - на нем лежит полная ответственность за судьбу и гибель Марины Цветаевой. Его бегство в СССР в качестве провалившегося советского агента определило дальнейшую судьбу «аполитичной», «немного безумной» и по-своему «недалекой» поэтессы, жизнь которой практически стала невозможной ни в эмиграции, ни на родине. Покорная судьбе она как бы плелась по жизни. Да, так сложилось, что ей не было места ни в эмиграции, ни в СССР, ни в литературе, ни в обществе вообще. Воистину говорят: «дороги, которые мы выбираем»…

Конечно, поэтесса пережила тяжелую трагедию: она осталась в стороне от столбовой дороги литературы и истории. А жизнь, как говорил А.Блок «может простить художнику все грехи, кроме одного – измены духу времени». М.Ц. изменила именно духу времени и заплатила за это самую высокую цену.

Но, с другой стороны, благодаря Советской Голгофе, она, как Феникс возникла из неизвестности и стала культовым и модным поэтом, главным образом, в женской среде… Стихи М.Ц. прошли эволюцию от детско-юношеских, романтическо-наивных: про родню, рыцарей, принцев, волшебников и мальчиков-любовников; в них мелькали разнообразные популярные литературно-исторические имена и персонажи… до зрелых, однако несколько своеобразных. Ее стихи после 1916-1917 г. стали слишком личными, эмоциональными, ассоциативными, эгоистичными, сиюминутными, связанными с каким-то неизвестными читателю контекстами, в большинстве своем непонятные и воспринимаемые с трудом… можно даже сказать графоманские. (критик Адамович писал: «напор её стихов воспринимается как истерия, проза её кликушеская…». В 1957 г. он повторил свои определения 30-х гг.: «истерическое многословие, клиническая болтовня, бред, густо приправленный безвкусицей, вороха словесного мусора».) И да, пролистав два томика «Библиотеки поэта» 1965 и 1990 гг,. нашел, на мой взгляд, всего лишь два достойных: «Мне нравится, что вы больны не мной…» и «Как живется вам с другою?»…

По материалам:

{C}

Ю. Краснощок «Тайна гибели Марины Цветаевой»: http://gazeta.zn.ua/SOCIETY/tayna_gibeli_mariny_tsvetaevoy.html

М. Вершинина «Я прожила не свою жизнь...» Ариадна Сергеевна Эфрон» http://www.memorial.krsk.ru/Work/Konkurs/13/Vershinina/0.htm

Ю. Коваленко «Знала ли Марина Цветаева, что ее муж — агент НКВД?»

http://www.synnegoria.com/tsvetaeva/WIN/efron/kovalenk.html

Ю. Москаленко «За кем была замужем Марина Цветаева: за литератором или шпионом?» http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-21289/

Г. Горчаков http://www.gorchakov.org/publitzistika_efron.html

Л. Юдина «Тайная любовь Марины Цветаевой» http://blog.i.ua/community/1951/693330/

https://vk.com/marinatsvetaieva

М. Головко. «Марина Цветаева: версии гибели» http://www.pravmir.ru/marina-tsvetaeva-versii-gibeli/

С. Турчинская «И к имени моему "Марина" – Прибавьте: "мученица"» http://7iskusstv.com/2012/Nomer8/Tuchinskaja1.php

«Надо внушить мужчине, что он замечательный или даже гениальный.
И разрешить ему то, что не разрешают дома.
Ну, а остальное сделают хорошая обувь и шелковое белье».
Л.Брик



«Красавицей ее нельзя было назвать, но она умела преподнести себя так, что ее недостатки уходили на второй план. Обаяние ее было необыкновенным, оно выражалось в уме, во взгляде, в умении слушать собеседника, в разговоре и даже в походке. В ней была загадка, которую никто не смог разгадать, поэтому имя ее до сих пор обрастает небылицами и легендами…» – пишут бесконечные неразборчивые поклонники. «Такие женщины появлялись во все времена и во все эпохи – при дворе ли императора или среди богемы, они тут же становились центром притяжения. Как кометы, они неслись по жизни, собирая в свой «хвост» поклонников – ярких и талантливых людей. И как кометы, они разрушали все на своем пути» – пишут другие интернет-исследователи… Наконец: «Страшная женщина, жрица разврата, стерва, гейша и проститутка в одном лице»… Итак, пристально взглянем на эту «светскую львицу» и покопаемся в грязном белье ее любовных похождений….

Лиля Юрьевна (Уриевна) Каган, впоследствии известная как Лиля Брик, родилась в 1891 г., в богатой и добропорядочной еврейской семье Урия Александровича Кагана, юриста правозащитника, борца за права евреев, и Елены Юльевны Берман.

Еще в гимназии ходили слухи о литературных способностях Лили Брик, однако, потом оказалось, что в действительности все сочинения за нее писал учитель словесности, видимо, отнюдь не бескорыстно.

Родители пытались учить свою дочь, и Лиля охотно бралась за учебу, но, быстро заскучав от повседневной рутины, легко о ней забывала: сначала это был математический факультет Высших женских курсов, потом Московский архитектурный институт, какое-то время училась в Мюнхене на скульптора. «Но учеба не могла заменить того, что было куда интересней: любовные приключения, пылкие клятвы, тайные свидания, разрывы и новые встречи». В результате, секс по-видимому с пятнадцати лет, в семнадцать – аборт.

ScreenShot657
Редкое фото: смазливая Лиля во время отдыха в Германии летом 1906 г.,
ей 15 лет, бурные подростковые романы и аборт еще впереди.


Впервые в нее страстно влюбился родной дядя – даже потребовал свадьбы, благо законы иудейской религии не содержали на этот счет никаких запретов. Череда мимолетных романов должна была чем-то закончиться… и вот, наконец, нашелся учитель музыки, Гриша Крейн, с которым она согрешила прямо в комнате для занятий. От прочих бесчисленных и мимолетных увлечений, этот «роман с сексом» закончился одним: его результатом стала беременность. Осталось одно – делать аборт, который прошел неудачно – в результате чего Лиля Каган навсегда лишилась возможности иметь детей.

И вот, в 1912 г. московский раввин, наконец, обвенчал Лилю Каган (дочь юриста) и Осипа Брик (сына юриста) к радости родителей, посчитавших, что возможность выдать замуж беспутную дочь за дипломированного юриста – это очень хороший гешефт. (Известно, что дети юристов всегда большие оригиналы). Правда, родители жениха в восторге от выбора сына не были, зная «какой шлейф тянется за невестой». Но Лиля добивается замужества и получает более благозвучную фамилию Брик, по мужу. Однако, говорят, к 1915 г. реальная супружеская жизнь с Осипом Бриком прекратилась по ряду причин.

И тут ей подворачивается молодой начинающий поэт В.Маяковский, который уже два года как флиртует с ее сестрой Эльзой Каган, которая на 5 лет младше. Что произошло в теле Лили («душа» как-то не поворачивается рука написать), которая сделала на него ставку – соперничество с сестрой или меркантильный еврейский расчет – бог весть.

Оставим отношения замужней Л.Брик с поэтом-неврастеником Маяковским – этому посвящены тонны беллетристики. Однако заметим, что этот «роман» был любовно-меркантильным, длился почти 15 лет, и состоял из взлетов и падений. Обычно позанимавшись недельку сексом с поэтом, Лиля затем быстро охладевала к нему – больше беспокоилась о тряпках, хорошей парфюмерии, квартирах и прочих благах материальной культуры, флиртовала с другими. Ее отношения с поэтом были сложными, если не вызывающими. Сама в мемуарах писала, что ее раздражало в Маяковском все, включая его внешность и даже фамилию, похожую на «пошлый псевдоним», однако, время от времени сущность самки побеждала брезгливость. Да, две поэмки Маяковского были выпущены на средства Бриков, и, безусловно, способствовали его восходящей славе, но таким образом они подсадили поэта на крючок и потом доили его по полной программе вплоть до его самоубийства.

Уже через 3 месяца после самоубийства, 23 июля 1930 г. вышло правительственное постановление «о наследниках Маяковского» (sic!), инспирированное не без участия Бриков. Ими были признаны Л.Брик, мать и две его сестры. Каждой из них полагалась немалая пенсия в 300 рублей. Брик также получила и половину авторских прав, другую половину поделили родные Маяковского (почему-то вспоминается Елена Нюренберг-Шиловская-Булгакова, которая также отжала у родственников писателя права на его лит. наследие – см. ранее в журнале). Признав за Л.Брик все эти права, власть предержащие, по сути, признали факт ее двоемужия....

в неглиже_1924
Л.Брик в неглиже, ни дать ни взять – «девушка»
из французского борделя. Фото А.Родченко. 1924 г.


голая Брик
Обнаженная Л.Брик с целлюлитом и складками на ягодицах. Интимное фото самого О.Брика.

Но продолжим. Летом 1922 г. на даче в Пушкино Лиля знакомится с еще одним дачником – А.М. Краснощековым (Абрамом Моисеевичем Краснощёком), бывшим замнаркома финансов, членом комиссии по изъятию церковных ценностей, т.е. «по экспроприации имущества различных конфессий, прежде всего РПЦ». В это время жена Краснощекова находилась за границей и Лиля пристроилась на роль жены. Однако «роман» с Краснощековым длился недолго и неожиданно прервался: он растратил крупные суммы государственных средств и был осужден в 1923 г. Но ее имя в судебных документах не упоминается...

Еще одним экзотическим и загадочным любовником Л.Брик, которым она имела наглость дразнить самого Маяковского, был киргиз Юсуп Абдрахманов, чиновник Киргизской АССР. Известно, что они провели несколько дней вместе в Ленинграде в конце июня 1929 г.

Реальная Брик 1931

Реальная Брик 1931_2
Редкие фото Л.Брик, которые дают представление о том,
какой она была красавицей (здесь ей 40 лет). 1931 г.


Тем временем, в 1925 г. состоялся официальный развода О.Брика с Лилей, который затем женился на Е. Соколовой-Жемчужной, однако продолжал жить на квартирах Маяковского и прочих «мужей» Лили, уезжая для встреч с новой женой в командировки.

После смерти Маяковского, осенью 1930 г. Л.Брик быстренько выходит замуж за героя гражданской войны, высокопоставленного военного, комкора В.М. Примакова, у которого был уже опыт женитьбы на еврейках (вторым браком на Марии Ароновне Довжик). Она переехала опять вместе с О.Бриком (sic!) жить на Арбат, в Спасопесковский переулок, в кооперативную квартиру. Не исключено, что к Примакову приходили Тухачевский, Уборевич, Якир, Корк, Эйдеман, Путна и др. красные командиры при высоких должностях, впоследствии – фигуранты громкого дела. Не исключено и то, что Брики принимали участие в совместных застольях и посиделках. (Это, кстати, один из совсем мало освещаемых эпизодов жизни Л.Брик – невозможно найти ни одну фотографию, где они вместе). Однако с Примаковым нюх изменил Лиле – Примакова в 1936 г. арестовали по делу Тухачевского, а в 1937 г. расстреляли.

Тем не менее, буквально до этого (в 1935 г.) появилось знаменитое письмо Сталину, по поводу литнаследия Маяковского. Вполне, очевидно, оно преследовало несколько целей: во-первых, увеличить материальный достаток «семьи» (за счет новых переизданий сочинений поэта, половину гешефта имела же она), во-вторых, еще раз напомнить о себе, и, в-третьих, как-то подстраховаться в период массовых репрессий, получить, так сказать, некую индульгенцию. При помощи Примакова письмо дошло до Сталина, однако великий вождь на него не ответил. Но наложил резолюцию, адресованную Ежову (тогда еще работнику ЦК, а не всесильному главе НКВД), подлинный текст которой гласит: «Тов. Ежов, очень прошу вас обратить внимание на письмо Брик. Маяковский был и остается лучшим, талантливейшим поэтом нашей советской эпохи. Безразличие к его памяти и его произведениям - преступление. Жалобы Брик, по-моему, правильны. Свяжитесь с ней (Брик) или вызовите ее в Москву». Таким образом, резолюция вождя народов к Ежову(!) сделала Маяковского главным поэтом СССР. Кроме того, Сталин, видимо, запомнил, назойливую еврейку и уже после ареста Примакова, согласно красивой легенде, бросил язвительно-знаменитое: «Не трогайте жену Маяковского!».

Но в следующий раз пришлось довольствоваться малым, не помогли даже давние чекистские связи. Вскоре после расстрела Примакова Л.Брик выходит замуж за неприметного литературоведа-маяковеда Василия Катаняна (в 1937 г.), ставшим ее последним, четвертым «мужем» (де-юре - третьим). Однако у Катаняна она почему-то оказалась опять же с Бриком, и 8 лет они жили опять втроем, кормясь с наследия поэта, пока О.Брик не умер в 1945 г.

Брик и Катанян
Главный герой ее романа – В.А. Катанян, последний ее муж,
с которым она прожила 40 лет, кормясь наследием великого советского поэта
.


«Роман» Л.Брик с ГПУ/ОГПУ/НКВД длился с 1920 г. по 1936 г. – почти 16 лет. Не раз сообщалась, что как-то, при получении заграничного паспорта Л.Брик представила удостоверение ГПУ № 15073. Скорее всего, активным агентом она не являлась, но по складу своего характера вполне могла быть неявным осведомителем и участвовать в тайных провокациях и оперативных разработках. Так, она неоднократно «пасла» В. Маяковского во время его зарубежных командировок, которые не обходились без бурных романов, а Органы не устраивала перспектива возможного переезда живого советского классика куда-нибудь заграницу. В ее «салоне» отмечены такие чекисты высокого ранга и поголовно еврейского происхождения, как: Агранов, Горожанин, Горб, Эльберт и др. – с кем из них она была в интимно-оперативной связи история умалчивает. Ее сестра – Эльза Каган еще в марте 1918 г. получила разрешение ЧК на выезд из страны, чтобы выйти замуж за французского, вражеского по тем временам, офицера Андре Триоле; но затем ее переквалифицировали на поэта-сюрреалиста Луи Арагона (сестры Каган просто специализировались на поэтах!) – в последствии большого любителя СССР. Сам О.Брик официально состоял на службе в ГПУ с 1920 по 1924 гг. С другой стороны, В. Маяковский долгие годы являлся финансовой опорой «семьи», поскольку ни Лиля, ни Осип Брики особо нигде не работали и не имели ни малейшего желания это делать, и, следовательно, уход Маяковского в свободное плавание оборачивался для них катастрофой. Поэтому она, ничтоже сумняши, разными способами информировала ГПУ о его похождениях. «Тем самым постоянно работала на ГПУ, формально не работая в нем...». Чекистская тусовка не исчезла из дома Бриков и после смерти поэта, про который Б.Пастернак с брезгливостью сказал, что «квартира Бриков была, в сущности, отделением московской милиции».

Также странны ее «романы» с Примаковым, Краснощековым, Абдрахмановым и др. после них эти персонажи навсегда исчезали в подвалах НКВД. Но и с самоубийством Маяковского тоже много нестыковок, в 1928 г. он задумал написать поэму «Плохо»; а после фактического провала его юбилейной выставки - что он в ней мог написать? Сложно утверждать, но есть подозрения, что она могла быть одной из участниц (или использовалась втемную) в многоходовой операции чекистов по доведению его до самоубийства, и предусмотрительно, для алиби была отправлена заграницу. «Володе полезно страдать…» - не раз говаривала Лиля.

Но дело было сделано, и чекисты забыли про эту «звездную» семейку. Война и послевоенный период ввергли их в небытие. После ХХ съезда КПСС, в связи с разоблачением культа личности, чекисты-мясники 30-х гг. были уже не в фаворе. Кроме того, насквозь советского и пролетарского поэта решили очистить от «бытовой накипи», к которой отнесли и саму Л.Брик, и большинство из его еврейского окружения. Ее стали вымарывать из истории, литературы и даже с фотографий. И это, вроде, удалось, про нее забыли…

Однако Л.Брик вновь стала актуальна в конце 80-х - начале 90-х гг. ХХ в., когда начался распад СССР, и на волне антисоветизма с определенными целями появилась потребность вытащить из нафталина различных «злых гениев» и «проходимцев» эпохи построения социализма. Поэтому во время перестройки еврейское литературно-художественное лобби вытащило ее из небытия в виде «музы» Маяковского, «неземной любви», «загадочной и роковой женщины» и т.п., распропагандировало в прессе и интернете. Л.Брик даже попала в различные еврейские энциклопедии и книжки типа «знаменитые евреи», в качестве кого бы вы думали? – в качестве «литератора»… Может быть, уж лучше в качестве полового партнера поэта Маяковского? Однако многочисленные неравнодушные исследователи приподняли вуаль над «важной» покойницей...

Брик_старость
Все в прошлом… 1977 г.

Единственный мужественный поступок Л.Брик совершила тогда, когда покончила с собой 4 августа 1978 на даче в Переделкино, приняв смертельную дозу снотворного. Она решила, что своей физической беспомощностью при переломе шейки бедра причиняет обременяет близких. Прах Л.Брик, согласно ее завещанию, был развеян где-то в Подмосковье. На том месте установили камень с надписью 'ЛЮБ'...

Итак, что в сухом остатке: Природа наделила Л. Брик гипер-сексуальностью (по современным понятиям она была нимфоманкой), но обделила положительными человеческими качествами добротой, состраданием и т.п. Способностей к искусству не имела, однако носом чуяла материальную выгоду, проведя всю жизнь в погоне за гешефтами в литературно-художественно-чекистской среде. За беспутные грехи девичества бог наказал ее, лишив счастья деторождения. И это предопределю ее судьбу. Ибо можно было трахаться и не предохраняться! Более того, всю жизнь можно было не работать, становясь содержанкой, давая (в прямом смысле слова) за барахло, деньги, гонорары и квартиры.. Переспала со всем советским бомондом, который был ей доступен – биографы насчитывают более 30 высокопоставленных любовников Л.Брик (поэты, писатели, артисты, финансисты, военные, чекисты, литературоведы и т.п.). В «мужья» выбирала слабохарактерных, ведомых мужиков, таких как Брик, Маяковский, Примаков, Катанян, с помощью которых можно было делать гешефт. Была беспринципна, желала «иметь всегда и везде», в том числе, используя ГПУ/НКВД. И, видимо, постукивала периодически, когда надо – иначе трудно объяснить ее такую поразительную «плавучесть-живучесть».

Т.н. «муза» поэта уничтожила целый пласт эпистолярного наследия, большую часть собственных воспоминаний, дневник также подвергся редактированию - имена и факты, которые могли пролить свет на ряд событий, были вымараны.

Когда Лилины «прелести» наконец-то увяли, стала косить под творческого работника, пыталась заниматься переводами, писать рассказики и некие теоретические труды… Усилиями неразборчивого советского бомонда и различных престарелых воздыхателей была чудесным образом превращена в «светскую львицу». Говорят, ее «домашний салон» в квартире на Кутузовском в 1960-е гг. был заметным центром неофициальной культурной жизни. Еще говорят, у нее постоянно тусовались различные деятели культуры и искусства с прожидью и без, и даже познакомились М. Плисецкая и Р. Щедрин. А еще говорят, что сам поэт А.Вознесенский и сонм прочих советских литераторов получили путевку в жизнь благодаря ей. Но что можно было услышать от уже полоумной старухи - подробности ее бесконечных половых сношений?…

По материалам:
 А. Ваксберг. «Лиля Брик. Жизнь и судьба». М, 1998.
Брик Лиля. http://persona.rin.ru/view/f/0/35197/brik-lilja
Лиля Брик - загадочная муза поэта. http://adelina-4.livejournal.com/419224.html
Э. Рязанов. Загадка Л.Ю.Б. http://www.liveinternet.ru/users/4425308/post266512391/
Е.А. Муравьева. Роковая женщина Лиля Брик. http://culnhist.com/роковая-женщина-лиля-брик/
Эпатажные эпизоды из жизни музы Маяковского. http://www.fresher.ru/2013/11/13/epatazhnye-epizody-iz-zhizni-muzy-mayakovskogo/comment-page-1/
В. Иванов. Трибун и лирик. http://lebed.com/2007/art5084.htm
М. Захарчук. «Тифозная вошь советской поэзии», или Дульсинея Владимира Маяковского? http://mirnov.ru/arhiv/mn846/mn/27-1.php
М. Шатерникова. В пожелтевшей связке старых писем... Маяковский, Брик, Яковлева и др. http://www.chayka.org/node/3636 .
У меня сложное отношение к писателю Булгакову. С одной стороны, он какой-то супер-честный, супер-культурный, супер-интеллигентный, супер-героизированный, а с другой –антисоветчик, мизантроп, двуличный, зашоренный, неуместный, неприкаянный, несчастный… Какой-то человек в футляре, который видел только себя и никого и ничего другого. С одной стороны, невостребованный, с другой – один из читаемых. Булгаков благополучно пережил «великий террор» 1930-х гг. и умер дома своей смертью. В чем причина такой полярности оценок его самого, его творчества, в том числе и романа «Мастер и Маргарита». Это что, его роман-завещание или роман-фарс? Сквозь ворохи апологетики попробуем разобраться и не предвзято взглянуть на личность литератора М.Булгакова. В частности, на его биографию и жизненные принципы, и что такого важного, в конце концов, хотел он сказать в романе «Мастер и Маргарита»?

Происхождение Булгакова дворянское, т.е. непролетарское. Говорят, был интеллигентом по своему мировоззрению и по воспитанию, и по происхождению. Как бы подтверждая это, он искренне ненавидел русскую деревню, крестьянство и пролетариат, впрочем, и все другие «низшие» сословия, лояльностью к Советской власти не блистал. Когда в Москве литераторство стало приносить доход, стал носить костюмы, шляпы, бабочку и даже монокль всячески подчеркивая в себе мэтра, барина, иностранца. Жизненный путь Булгакова это почти сплошные неприятности, причем очень часто обусловленные тем, что писатель пытался зарабатывать только творчеством, но при этом не хотел приспосабливаться к стране, где жил, и веяниям новой эпохи.

В целом Булгаков был довольно-таки прилично встроен в современный ему литературный процесс и театральную среду:  его пьесы ставились в театре, общался и водил знакомства с коллегами и сильными мира сего, заседал в различных советах, печатался, получал гонорары, потихоньку подбирался к славе.

Невостребованность, как и непечатание Булгакова при жизни следствие конкуренции со стороны других более удачливых писателей и драматургов, придерживающихся иных взглядов на литературу и ее задачи в Советской России, чем неприятия его творчества непосредственно Советской властью. Если бы его сочли оголтелым антисоветчиком, то, во-первых, перестали издавать/ставить совсем, а во-вторых, отправили бы в небытие, как многих других. Но он – злопамятный, он всем отомстит…

1
М. Булгаков на фотографиях никогда не улыбается, косит под важного барина и мэтра

Булгаков-наркоман. К морфию будущий писатель пристрастился в 1916 г. в смоленской деревне Сычевке, работая земским врачом. «Жизнь с наркоманом всегда испытание, а если кругом разруха и безденежье, это становится настоящим бедствием. М.А. под воздействием наркотика не мог себя контролировать: он был агрессивен, кидая в супругу всем, что попадалось под руку, грозил пистолетом. А потом бросался ей в ноги и умолял не отдавать его в приют для наркоманов. Быстро разошлись деньги, а затем распродали и все семейные украшения. Татьяна сделала второй аборт Михаил боялся, что ребенок, зачатый от наркомана, родится уродом».

«Что сыграло решающую роль в желании Булгакова пройти курс лечения – неизвестно, но в 1917 г. он все-таки едет вместе с Татьяной в Москву. Однако от лечения не было толку. Тогда жена забрала Михаила и перебралась с ним весной 1918 г. в Киев. Дельный совет несчастной женщине дал отчим Булгакова: она стала разбавлять вкалываемый морфий водой. Постепенно доза морфия уменьшалась, Михаил снова стал человеком».

«Рукописи не горят!» или печка — лучшая редакция.
“Печка уже сделалась моей излюбленной редакцией. Мне нравится она за то, что она, ничего не бракуя, одинаково охотно поглощает и квитанции из прачечной, и начала писем, и даже, о позор, позор, стихи!” – писал Булгакова П.Попову, когда находился в опале: Сжег он даже первую редакцию Великого романа и ряд других вещей. Но спустя год работу возобновил: так появился черновой вариант под названием “Великий канцлер” – он же “Сатана”, “Вот и я”, “Черный маг”, “Копыто инженера”.

Квартирный вопрос испортил и самого Булгакова «Пока у меня нет квартиры я не человек, а лишь полчеловека», «Живу я в какой-то совершенно неестественной хибарке...»,  «Ведь до сих пор не готова квартира на Нащокинском»… «лишив меня, по-видимому, возможности купить этим летом квартиру», «Проходя с кухни к себе, остановился в средней комнате. Хорошо!… такою должна быть одна из тех 8 комнат, которые мы с тобой должны были бы иметь», «Квартира помаленьку устраивается»… звучит рефреном во многих письмах писателя. Эти мысли мучает его и в "Собачьем сердце", и в "Зойкиной квартире", и в фельетонах, но особенно в "Мастере и Маргарите". Квартирный вопрос он решал постоянно и с тупым упорством: сначала Бол. Садовая (комнатка в коммуналке по протеже Н.К. Крупской), потом Пречистенка, Бол. Пироговская (трехкомнатная), Нащокинский…

«Никогда ничего не просите!» это не про него. Булгаков знал, как, что и у кого просить, не гнушался даже Крупской, Горьким, ЦИК, ЦК и самим Сталиным. Просил, умолял, даже клянчил, напрямую апеллируя в различные инстанции и к самым верхам, или косвенно через своих жен (иногда, правда, в хамском тоне). Одних только писем самому Сталину накатал больше, чем кто-либо другой из опальных писателей (известны письма от 07.1929, 28.03.1930,30.05.1931, 10.06.1934, 4.02.1938). Просил должностей, квартир, поездок за границу… Однако с бабами он управлялся сам.

Женщины, жены и «музы» Булгакова
С кем не бывает: обычно они женщины мужиков бросаюти, однако Булгаков предпочитал их бросать сам. У него, не считая мимолетных романов, были три женщины, три музы так сказать, для разных задач. Первая муза для обеспечения нехитрого быта во время войн и революции и последующего обустройства в Москве… не выдержавшая испытание славой. Вторая дала ему путевку в жизнь, послужила трамплином в театр и устроила многочисленные знакомства. Третья – просто «муза своего третьего (последнего) мужа», как простодушно значится в Википедии.

2-12-22-3_1
Три «Маргариты» или «музы» писателя: первая любовь и жена Татьяна Лаппа; 2-ая жена – Любовь Белозёрская; 3-я жена Елена Нюренберг-Шиловская-Булгакова – официальная муза

«Все три жены Булгакова являются как бы вехами трех периодов его жизни и вполне им соответствуют, писал в дневнике коллега писателя Ю.Слезкин. Скромная и печальная Татьяна (Т.Лаппа) была хороша только для поры скитаний, неустройства и неизвестности; она могла быть бессловесной и выносливой нянькой и очень неказиста была бы в блестящем театральном окружении…»

Следующие две «музы» Булгакова были одновременно специфическими и характерными продуктами той эпохи. Это женщины, которые никогда не работали и не занимались какой-нибудь общественно полезной деятельностью, которые передавались с рук на руки, которые часто состояли в браках по расчёту, причем не важно с кем: как бывшими белыми, так и с нынешними красными, но имеющие всё, и при этом бывшие якобы глубоко несчастными и непонятыми.

В московский период Булгаков активно флиртовал с многими женщинами, особенно с поклонницами… Попав в богемную среду, он быстро пронимает, что «простушка» Тася (Татьяна) для него обуза… и в 1924 г. знакомится с недавно вернувшейся из-за границы Л.Е. Белозёрской (1898-1987). Через некоторое время Миша пришел домой к своей жене с бутылкой шампанского и, ничтоже сумняше, сказал: «Простимся?».

«Любочка (Л. Белозёрская), как говорят, прошла сквозь огонь и воду и медные трубы она умна, изворотлива, умеет себя подать и устраивать карьеру своему мужу... К славе снова притекли деньги чтобы стать совсем своим человеком во МХАТе, нужно будет связать с ним не только творческую, но и личную судьбу так назрел третий брак. Все закономерно и экономически и социально оправдано. Многие даровитые люди гибли, у них не было этого седьмого «булгаковского» чувства их любовь не подчинялась требованиям закона развития таланта и его утверждения в жизни».

Л.Белозёрская, была внимательной и любящей, помогала мужу в работе и поддерживала его во всех начинаниях. При ней был завершён и опубликован посвящённый ей роман «Белая гвардия». Ей были также посвящены повесть «Собачье сердце» и пьеса «Кабала святош». Однако позже он признавался знакомым, что никогда ее не любил.

И, наконец, главная «муза» в жизни Булгакова, его третья и, наверное, самая «покладистая» супруга Е.С. Нюренберг-Шиловская, была еврейкой (сестра музы – О.С. Бокшанская переписывала на машинке романы Булгакова). Он ее отбил(!) у тогдашнего начальника штаба Московского военного округа Е.А.Шиловского(!!). После смерти писателя «третья муза» прихватила все, не поделившись с двумя другими (как здесь к месту вспоминается «муза» Маяковского Л.Брик). А злые языки уже стали нашептывать: «а не имела ли Елена Сергеевна особого задания Лубянки?». Спустя некоторое время после смерти мужа Е.С. на долгие годы стала «подругой» Фадеева.

В итоге пропагандируя большую Любовь, самолично бросил двух жен: Т.Лаппу и Л.Белозёрскую (причем первая его спасла от тифа и наркомании). Даже насчет искреннего его чувства к последней, третьей, жене у исследователей его жизни и творчества есть сомнения. Все перечисленные «романы» и «любови» могли быть защитой от превратностей жизни, нужны ему были только любовницы. Получается, что больше всего на свете писатель с отчаянным фанатизмом любил только самого себя. Но все же: «Найдите Тасю, я должен перед ней извиниться», шептал умирающий Михаил склонившейся над ним медсестре.

Дети. Своих детей у М. Булгакова не было, и, похоже, не хотел их иметь. Но были два аборта у Т.Лаппы, сделанные не без настояния Булгакова. Названными сыновьями Булгакова стали дети третьей жены, Е.С.Булгаковой.

Булгаков и Сталин. Всех, наверное, интересует вопрос, почему М. Булгаков антисоветчик, дворянин, бывший белогвардеец, ненавистник Советов выжил при сталинском режиме? Почему Сталин позволил ему жить и творить в СССР?? Но сейчас стало ясно, если б не Сталин со своим режимом (и опекой), то никакого великого романа и прочих произведений не было и в помине! Всё, что мог позволить Сталин Булгакову, он позволял. Он сохранил Булгакову жизнь. Позволял сносно жить. Позволял находиться во фронде. Позволял ставить пьесы, писать, без шансов быть опубликованным. Не без его участия сохранились произведения Булгакова. Расхожие клише типа «злодей и гений», «деспот и талант», «тиран и писатель-правдолюбец» появились в период перестройки.

Булгаков, мог себе позволить любую эмоциональную критику, прикидываясь тем, что он, мол, сатирик – за последствия своих писаний в принципе не должен был отвечать. А на плечах руководства страны лежала ответственность за страну и народ, и забота о строительстве нового общества и новой экономики.

И как апофеоз, пьеса "Батум" о юности Сталина, над которой писатель работал с полной отдачей творческих сил.

Писатель и народ. Не любил он его. Народ и отдельные его представители в произведениях изображены Булгаковым как закомплексованные недочеловеки, быдло, «вонючие мужики» (по Д.Хармсу). Характерные типажи – это Швондер, Шариков, Аннушка, домработница (в письме от 25.01.1932) и многие др. из фельетонов.

3
Самовлюбленный и презрительный Булгаков, вкусивший славы, писал автографы поверх своих фото...

Верил ли Булгаков в Бога?
Трудно найти на этот счет какую-либо фактологию, однако время от времени поздравлял родных в письмам с пасхой. Похоже, как и все врачи, был атеистом. И Шиловской-Булгаковой запретил хоронить себя по православному обряду – боялся, что это может сказаться на ее судьбе.

Гримасы истории:
Большинство опубликованных фельетонов Булгакова сегодня читаются без интереса, они писались на случай и сиюминутны, т.н. поденщина. Пьесы Булгакова уходят из репертуара, т.к. тема гражданской войны, белой гвардии и тогдашних коллизий перестает волновать зрителя, т.е. становится неактуальной. Булгаков был актуален тогда, когда начался процесс распада СССР (конец 80-х – начало 90-х гг.), на волне антисоветизма, когда приходилось образно показывать, какие отвратительные «швондеры» и «шариковы» делали революцию и строили социализм. Наверное, в истории останутся только экранизированные «Собачье сердце» и «Мастер и Маргарита». Наконец, забудут и их. Главная причина, возможно, и в том, что в романе М.Булгаков с иезуитским садизмом казнил своих более удачливых по жизни конкурентов писателей, драматургов, критиков... под вымышленными именами, конечно. И умел превращать свои личные неприятности и обиды в литературные произведения.

Судьба уготовила писателю мучительную смерть. Измученный болезнью Булгаков жалел, что нет у него пистолета. Перед самым концом «вложил» Е.Булгаковой в руки рукопись со словами: «Чтобы знали...»; в других редакциях «Чтобы помнили…» последнее, скорее всего, соответствует истине: ну очень боялся Булгаков того, что его забудут… Наконец, кажется, что М. Булгаков покаялся переда смертью и заслужил «не свет, а покой»… «Каждому воздастся по вере», думал он прежде. Вспоминал ли он об этом, умирая?

Помимо племянниц Булгакова, в Москве есть не родной «внук» писателя, по линии Сергея Шиловского сына Елены Шиловской-Булгаковой от Е.А.Шиловского. Он руководит Фондом им. Михаила Булгакова, который время от времени устраивает чтения и вечера памяти писателя. Авторские права на все произведения также принадлежат С. Шиловскому (и его племяннице). Племянницы Булгакова, т.е. его непосредственные родственники, судились с ним в 2004 г., но проиграли процесс.

4
Судьба уготовила писателю мучительную смерть. Одно из последних фото М.Булгакова

«Мастер и Маргарита». Говоря о романе «Мастер и Маргарита» необходимо держать в уме три вещи: 1). произведение не завершено – Булгаков продолжал работу над романом до последних дней; 2). Булгаков надеялся на публикацию романа и при работе над текстом включал т. н. «внутреннего редактора», пытаясь как можно чаще говорить иносказаниями; 3). Как правило, мы читаем вовсе не авторский текст, а некий текст-гибрид, составленный литературоведом А.Саакянц из нескольких версий текста (рукописей самого Булгакова, правок Е.С.Булгаковой, и т.п.).Последний крупный роман многопланов и, как пишет А. Бурьяк: «"Мастер и Маргарита" – роман про Иисуса Христа и Понтия Пилата, Москву 1930-х, советскую власть, писательскую среду, сатану, большую любовь, «квартирный вопрос», сложности существования творческого человека. Указанные темы вполне раскрыты, язык в целом очень хороший, герои яркие, стиль не без юмора, сюжет молодецки закручен, описания не раздуты, простоватая мораль не навязывается, так что роман, можно сказать, замечательный, только несколько мизантропический и сатанинский. Светлого пути он не укажет, но осознать проблемы поможет…». Трактовок, кто такой Воланд, Мастер, Маргарита и прочие – хоть пруд пруди, но не это главное и это перестает быть актуальным. Иносказания «Мастера и Маргариты» также становятся не интересными… В настоящее время М.Булгаков – культовый писатель, объект поклонения в среде интеллигентов-русофобов и полуинтеллигенции, ориентированной на т.н. общечеловеческие ценности, приверженность идее справедливости, критическое отношение к существующим формам правления общества, далеким от идеалов гуманизма и демократии… Предвижу, что последующие поколения будут читать роман всего лишь как экшен + юмор.

Использованные материалы:
«Любимые женщины Михаила Булгакова» http://www.oneoflady.com/2012/12/blog-post_12.html
Надежда Моисеенко. «Булгакову 120 лет: писатель был Лешим и боялся иметь детей».
http://www.segodnya.ua/culture/showbiz/bulhakovu-%E2%80%94-120-let-picatel-byl-leshim-i-bojalcja-imet-detej.html
Эдуард Волков. «М.Булгаков любимый писатель И.Сталина?» (http://www.liveinternet.ru/users/2503040/post124165001/)
Вадим Зайдман. «Булгаков, как зеркало русских монархистов» http://www.rubezh.eu/Zeitung/2005/03/09.htm
Валерия Новодворская. «Гвардеец короля».
http://www.medved-magazine.ru/articles/Valeriya_Novodvorskaya_o_Mikhaile_Bulgakove.2669.html
Александр Бурьяк. «Михаил Булгаков как жертва «жилищного вопроса» http://bouriac.narod.ru/Bulgakov.htm
Александр Трубицын. «Сталин и Булгаков в чем сходство?» http://www.cprf.info/news/articles/culture/46750.html
Александр Трубицын. «Сталин и Булгаков в чем различие?»   http://www.sps.ru/forum/read.php?2,18992,18992#msg-18992